«Не публикую пьесы, где есть нарушения традиционных нравственных законов»
1 ноября 2015 года
![](http://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/2/27/Wikinews-logo-ru.svg/300px-Wikinews-logo-ru.svg.png)
Нынешний взгляд драматургов на жизнь не лучезарен, но разнообразнее чем в советское время, считает главный редактор «Современной драматургии» Андрей Волчанский. В беседе с корреспондентом «Ревизора» он рассказал о работе с авторами, выборе пьес и о том, чем живет журнал сегодня.
Спектакли уходят, а пьеса может жить века и даже тысячелетия, что доказали Эсхил и Софокл. Но как каждый солдат мечтает стать генералом, каждый драматург хочет дожить до премьеры, быть при жизни поставленным. Согласны?
Как вы поступите в данном случае — опубликуете или нет?
В: Решили поставить ее в резерв. Все будет зависеть от конкретной ситуации. У нас существует внутренний конкурс пьес. Бывает так, что и выбирать не из чего. Но чаще, когда из хороших надо выбирать лучшие.
Что для вас основное при отборе: тема, талант, взгляд на мир?
В: Взгляд на время, на социум для меня не главное. Мы отыскиваем людей, перспективных с профессиональной точки зрения. И должен заметить, авторы стали намного сильнее. Более умелые. Возможно, потому что они серьезнее относятся к образованию. Все издания жалуются на материальные проблемы. А как вы сводите концы с концами?
В: Государственная поддержка культуры в нашей стране когда-то была сильной, разветвленной и давала плоды. Сейчас она ослабевает. Наш журнал еле дышит. Чтобы прожить 2015 год, выпускать журнал, мы работали весь первый квартал без зарплаты. Я не смогу возместить сотрудникам эти потери, не на что. А средняя зарплата у нас менее 10 000 рублей в месяц, и она не меняется с 2008 года. И не может измениться при той ситуации, в которой мы находимся.
А выжили мы сейчас лишь потому, что от Агентства по печати и массовым коммуникациям еще весной получили субсидию. Эта сумма была даже несколько увеличена по случаю Года литературы в РФ. Сейчас живем в ежедневной готовности к закрытию журнала в ближайшее время.
Я хочу обратиться к министерству культуры с вопросом: нужен ли вообще вам, товарищи, наш журнал? И современная драматургия как таковая. Он нужен не чиновникам, а театрам России и русскоязычным театрам зарубежья. Его читают все театры.
В: Наши материалы выставляются на двух электронных ресурсах, один платный, с очень недорогим доступом — около 40 рублей за номер. Второй бесплатный, там есть статьи, но нет текста пьес, только информация о них. И оказалось, что сайты пользуются интересом, по ним составляют представление о драматургическом процессе — читают предисловия, рецензии, статьи, обзоры. И складывают для себя картину.
Были у вас авторы, которых сделал ваш журнал — помог состояться, прозвучать — дал, как говорится, путевку в жизнь?
В: У некоторых людей, достигших определенного возраста и положения, бывает соблазн похвастаться: «Это мой ученик». Я такого никогда не скажу, просто не считаю возможным.
А «мой автор»?
В: Таких немало. Многие считают для себя нужным пообщаться с журналом, посоветоваться, спросить подсказки. Каждый год мы печатаем не менее тридцати пяти-сорока новых пьес российских авторов. Из них не менее четверти — абсолютно новые имена. Значит, полку драматургов всё прибывает. Перепроизводства не заметно?
В: Не волнуйтесь, хлеб драматурга не легкий. Некоторые уходят в другие сферы — театром не прокормишься. Либо в смежную область, на телевидение. А уж если автор начал скатываться в сериалы — беда: появляются стереотипы, он уже пишет шаблонно. А драматургия предполагает свежий взгляд. Хотя свежесть не заменяет профессионализма.
У нас в журнале действуют три модели отношений с авторами. Первая: спасибо, ваша пьеса нас не заинтересовала. Вторая: с интересом прочли вашу пьесу. К сожалению, не можем ее опубликовать, но надеемся на дальнейшее сотрудничество, ждем новых предложений. Третья: начнем работать.
Всегда возникают вопросы по тексту, необходимо что-то проверить, уточнить. Хорошо, если автор может прийти в редакцию, пообщаться с глазу на глаз. Но часто они живут далеко, на переписку уходит масса времени. Пишу длинные комментарии, объясняю, почему надо заменить то или другое слово. Не правлю, а стараюсь убедить автора, ведь в конечном итоге решать ему. Люди прислушиваются.
У вас есть ощущение, что какие-то темы сегодня непроходные?
В: Я не чувствую постороннего влияния на свой журнал и сам решаю, что печатать и что не печатать. Это не веяние последнего времени, я всегда сам решал. Не публикую пьесы, где есть нарушения традиционных нравственных законов. Совершенно не приемлю тексты, где пропагандируется национальная, религиозная рознь или исключительность. В общем, все в рамках действующей Конституции. Конечно, современные авторы временами пишут коряво, позволяют своим персонажам изъясняться с использованием обсценной лексики. Вы ее вымарываете?
В: Стараюсь ею не злоупотреблять, но если в речевой характеристике персонажа это обосновано, могу допустить в отдельных случаях использование таких слов. Мы их не печатаем, заменяем отточиями, но взрослому человеку будет понятно. Мне кажется, эти слова могут употребляться только в случае, если нет синонимов, а никак не в качестве междометий и прочих связующих элементов.
Я был на открытии Дней литературы в Российской Федерации, слушал выступление Путина. Президент коротко коснулся этой темы: «Если уж нельзя обойтись без этой лексики, в исключительных случаях, в рамках закона...» Естественно, в журнале невозможна порнография, пропаганда насилия, алкоголизма, наркотиков.
Что касается литературных новаций, я в силу возраста, воспитания, опыта тяготею к традиции. Законы драмы, открытые классиками, начиная с Аристотеля, не отменены. А в разговорах с авторами у меня в ходу терминология Станиславского. И это очень, знаете, помогает. Я говорю им: пьесу написать просто. Ты должен знать, кто твои персонажи, что с ними было до начала действия, и погрузить их в предлагаемые обстоятельства. И тогда они начинают действовать. Но ты должен всё про них знать! Спрашиваю автора: вот здесь ваш персонаж правду говорит или врет? «А какая разница?» Нет, это важно! Драматургия — как поэзия у Маяковского — пресволочнейшая штуковина, существует и ни в зуб ногой.
У вас четкие взгляды на технологию сочинения пьес. Вы не хотите написать учебник? Их сейчас многие молодые драматурги пробуют писать.
В: Учебник — нет, но, наверное, я бы мог вести семинар, если бы он существовал, например, в Литинституте. Знаете, моя работа не меньше дает, чем семинар, мы ведь с авторами работаем над текстом. Пьесы, которые к нам приходят самотеком, в основном никуда не годятся. Мы авторов сами ищем. Вступаем с ними в продуктивные отношения, которые могут к чему-то привести. Вот появилась шестистраничная пьеса одной девушки — маленькая, но законченная: изящная, прозрачная, лаконичная. Но объем копеечный! Не знаю, что с ней делать? Кто ее поставит? Не идет из головы. Наверно, попрошу её ещё что-нибудь прислать. К вам обращаются театры с вопросом: что вы нам порекомендуете?
В: Я отвечаю: почитайте журнал, в нем есть всё, что я рекомендую, а чего не рекомендую — того и не печатаю. Наша марка вызывает доверие, я знаю это. В Симферополе есть крупный драматический театр, для его художественного руководителя каждый наш номер — источник репертуарных идей. Один довольно известный автор принес ему свою пьесу, а худрук спрашивает: «Она печатается в «Современной драматургии?» Автор отвечает: «Пока нет». А худрук ему: «Когда напечатают, тогда и приходите».
И напоследок. Есть ли у нас драматурги, которые могут жить на театральные заработки?
В: Думаю, таких почти нет. Когда-то, еще в конце восьмидесятых, к нам в редакцию приехал один итальянский драматург. Мы его спросили: сколько авторов-профессионалов в Италии живут пьесами? Он сказал: человек пять. Тогда мы сильно удивились. А сейчас, имея в виду Россию, я мог бы ответить так же.
Журнал «Современная драматургия» издается с 1982 года. Здесь публикуются тексты пьес, театральная критика, интервью с выдающимися драматургами. Андрей Волчанский работает в журнале с конца 80-х, а с 2006 года является главным редактором.
Источники
правитьЛюбой участник может оформить статью: добавить иллюстрации, викифицировать, заполнить шаблоны и добавить категории.
Любой редактор может снять этот шаблон после оформления и проверки.
Комментарии
Если вы хотите сообщить о проблеме в статье (например, фактическая ошибка и т. д.), пожалуйста, используйте обычную страницу обсуждения.
Комментарии на этой странице могут не соответствовать политике нейтральной точки зрения, однако, пожалуйста, придерживайтесь темы и попытайтесь избежать брани, оскорбительных или подстрекательных комментариев. Попробуйте написать такие комментарии, которые заставят задуматься, будут проницательными или спорными. Цивилизованная дискуссия и вежливый спор делают страницу комментариев дружелюбным местом. Пожалуйста, подумайте об этом.
Несколько советов по оформлению реплик:
- Новые темы начинайте, пожалуйста, снизу.
- Используйте символ звёздочки «*» в начале строки для начала новой темы. Далее пишите свой текст.
- Для ответа в начале строки укажите на одну звёздочку больше, чем в предыдущей реплике.
- Пожалуйста, подписывайте все свои сообщения, используя четыре тильды (~~~~). При предварительном просмотре и сохранении они будут автоматически заменены на ваше имя и дату.
Обращаем ваше внимание, что комментарии не предназначены для размещения ссылок на внешние ресурсы не по теме статьи, которые могут быть удалены или скрыты любым участником. Тем не менее, на странице комментариев вы можете сообщить о статьях в СМИ, которые ссылаются на эту заметку, а также о её обсуждении на сторонних ресурсах.