Открыть главное меню

Адвокат Владимира Кара-Мурзы: ждем результатов экспертизы от зарубежных токсикологов

10 февраля 2017

Оппозиционный российский политик, координатор «Открытой России» Владимир Кара-Мурза-младший вышел из комы, его состояние медленно улучшается, но до полного выздоровления ещё далеко. Более того, строить какие-то прогнозы пока преждевременно. Об этом в эксклюзивном интервью Русской службе «Голоса Америки» рассказал адвокат пострадавшего Вадим Прохоров.

Напомним, Кара-Мурза недавно второй раз за последние два года попал в больницу с острым отравлением не выявленным до сих пор (как и в первом случае) веществом. Между тем, в Следственном комитете России делу о покушении на политика до сих пор не дают никакого хода, по свидетельству адвоката. Мало того, потерпевшая сторона не получила ответа на своё заявление. Двухлетней давности.

Виктор Владимиров: Вадим, в первую очередь: каково на сегодня состояние здоровья Владимира?

Вадим Прохоров: Наконец-то, мы можем достаточно твёрдо сказать, что есть определённые и видимые улучшения. Он вышел из состояния комы, у него заработали почки, и сердце, в общем-то, вернулось почти к нормальному функционированию. По последним данным, практически не используется аппарат искусственной вентиляции лёгких. То есть, к счастью, это уже существенные симптомы на пути к выздоровлению. Но, разумеется, путь тут предстоит долгий и не надо забегать вперёд. Предстоит большая борьба за его здоровье. Пока об окончательном выздоровлении говорить ещё точно рано.

Виктор Владимиров: Ваш подопечный каким-то образом общается с окружающими?

Вадим Прохоров: Вопрос в том, что Владимир пока ещё интубирован — у него трубка в гортани. И, к сожалению, пока ещё говорить не может, но он уже глазами, взглядом общается с любимой супругой — у них очень тёплые отношения. Евгения немедленно прилетела из Америки и находится рядом с Владимиром, делая всё возможное для его выздоровления.

Виктор Владимиров: Когда будут известны результаты исследований французских и израильских экспертов-токсикологов? Насколько они важны для вас?

Вадим Прохоров: Мы, конечно, их с нетерпением ждём по целому ряду разных причин. Это связано, прежде всего, я считаю, с дальнейшим выздоровлением Володи и с тем, чтобы избежать каких-либо эксцессов на будущее. Ну и, конечно, с тем, чтобы всё-таки разобраться, что произошло в этот раз. А очевидно, произошло то же самое, что и в прошлый раз. Потому что картина практически совпадает, как говорят сами медики. Это интенсифицированное в острой форме состояние пациента. Анализы же делаются, как я понял, небыстро. Во всяком случае, не одну неделю. Например, в одной из упомянутых стран буквально только сегодня должны приступить, как я надеюсь, к исследованиям. До этого лаборатория не функционировала. Так что мы пока ждём.

Виктор Владимиров: Российским специалистам вы, судя по всему, не слишком доверяете?

Вадим Прохоров: Во-первых, хочу выразить лечащим врачам от нас огромную признательность. Это практически та же самая, что и в прошлый раз, команда, которая делает всё, чтобы вытащить Володю с того света. Но с точки зрения диагностики, то здесь проблемы действительно налицо. Пока не удалось установить, что с ним произошло, и не факт, что удастся. Есть какие-то странные комментарии по этому поводу. При том, что отравление было совершенно точно зафиксировано — это токсическое действие неизвестного вещества. Сейчас врачи в своих комментариях пытаются, по нашим впечатлениям, как-то дать задний ход. Тогда спрашивается, а какой именно тут может быть поставлен диагноз, если не отравление. Что это — воспаление лёгких, насморк? Другое дело, что им (врачам) непонятна природа отравления. Она, в принципе, не вполне понятна и нам. Для них (врачей) неясно, предумышленное это отравление или, возможно, какое-то случайное, бытовое. На сто процентов и мы не можем сейчас ничего утверждать, хотя полагаем, что всё-таки предумышленное. Я так понимаю, что всё время, пока он (Кара-Мурза) находился в коме, у него постоянно брали анализы. Но сами врачи признаются, что не могут установить причину случившегося. Значит, мы будем пытаться это делать с помощью европейских и израильских токсикологов. А что нам ещё остаётся делать?

Виктор Владимиров: В первом случае, помнится, было выявлено превышение в организме Владимира норм тяжёлых металлов. Это не может стать подсказкой?

Вадим Прохоров: Я не большой специалист в этой области. Но некоторые эксперты говорят, что это больше похоже не на отравление радиоактивными элементами, а на отравление бинарным органическим ядом. Есть такая версия. В любом случае к этому придётся ещё вернуться, особенно после получения новых результатов анализов. Кстати, раньше и французская клиника не установила точную причину. Но зато они определили некоторое превышение в организме содержания тяжёлых металлов и существенное, многократное (в 59 раз) превышение марганца. Вполне вероятно, что это как раз следствие распада некоего вещества, которое так или иначе поступило в организм Володи. Всё это, понятно, подлежит дополнительным исследованиям. Но ведь, замечу, российские специалисты совсем никакой причины не называют. Что ж, будем пытаться разобраться в этом вопросе с участием зарубежных аналитиков.

Виктор Владимиров: В прошлый раз Владимир требовал возбудить уголовное дело о покушении на его жизнь. Это удалось сделать?

Вадим Прохоров: Сразу после возвращения Володи в Россию, когда он ещё очень тяжело ходил с палочкой (это был декабрь 2015 года), я подготовил заявление о совершении против него преступления. Мы вместе составили письмо, а он подписал. Заявление подано на имя главы Следственного комитета России (СКР) господина Бастрыкина (университетского приятеля Владимира Путина, кстати). Володя написал в нём, что он предполагает умышленное отравление, связанное с его политической деятельностью, работой в «Открытой России», лоббированием Акта Магнитского, попросил провести проверку и возбудить уголовное дело по статье 105 — убийство, не доведённое до конца по независящим от злоумышленников причинам. Никакого внятного ответа мы по сей день не получили. Кстати, в декабре уже минувшего года мы подали повторное заявление, где спрашивали: господа, а где, собственно, ответ? Нам могли бы, например, отказать в возбуждении уголовного дела, что было бы прискорбно, но позволило обжаловать это решение. Однако нет — до сих пор молчок. К слову сейчас, когда произошёл второй инцидент, буквально на следующий день после поступления Володи в реанимацию, из СК позвонил следователь районного масштаба и спрашивал, а что произошло в этот раз? Я ему всё внятно объяснил. То, есть правоохранительные органы, в принципе, в курсе событий. Но по-прежнему не удосужились ответить нам.

Виктор Владимиров: Это ведь прямое нарушение закона?

Вадим Прохоров: Да, конечно. Но я уверен, что потом выяснится, что плохо сработала почта или секретарша не отправила письмо. Я уверен, что это совершенно сознательная позиция СКР. К этому вопросу мы, конечно же, вернёмся. Главное — чтобы Володя выздоровел.

 

Источники

  Эта статья содержит материалы из статьи «Адвокат Владимира Кара-Мурзы: ждем результатов экспертизы от зарубежных токсикологов», опубликованной VOA News и находящейся в общественном достоянии (условия на английском и на русском).
Автор текста: Виктор Владимиров
 

Комментарии

Викиновости и Wikimedia Foundation не несут ответственности за любые материалы и точки зрения, находящиеся на странице и в разделе комментариев.