Все кончается плохо на этом свете, просто тебе остается прожить эту жизнь достойно

24 июля 2014 года

Wikinews-logo-ru.svg

Параджанов был мой давний товарищ. Он был тбилисским парнем, его все обожали, но все кончилось тем, что он начал раздражать советскую власть и его посадили в тюрьму, и это его тюремное заключение кончилось болезнью. Потом Параджанов вышел из тюрьмы, снял в Тбилиси несколько фильмов — «Цвет граната», «Сурамскую крепость». Шеварднадзе его выпустил, но после тюрьмы он уже не смог оправиться и постепенно ему становилось все хуже и хуже. А потом в Грузии началась гражданская война, и именно в это время он умер.

Все мои фильмы были запрещены цензурой, они не показывались в СССР, но, несмотря на это, их посылали на фестивали. Таким способом советские чиновники показывали за рубежом, что у нас тут демократия. После нескольких фильмов мне в Госкино сказали, что все, снимать вы больше не будете… Знаете, странная была ситуация — в то время чем больше твои фильмы запрещались, тем большим уважением ты пользовался, и это было повсюду, в том числе и в литературе.

В Грузии появилась очень обнадеживающая молодежь. С очень маленьким бюджетом, за гроши, но они снимают кино очень высокого качества, так что у меня на этот счет оптимистический настрой. Надежда появилась, хотя кинотеатров в Грузии мало.

Камерную музыку не слушают толпы на стадионах, даже классическую музыку не слушают толпы. Им неинтересно смотреть фильмы Жака Тати, Жана Жиро. Но они ведь есть, это достояние кинематографа. Если выпустить фильмы Параджанова на широкий экран, не будет миллионов долларов, но зато какое наслаждение смотреть «Тени забытых предков» — просто чудо. Требовать от авторского кинематографа массовости — безумие.

Воспитать зрителя невозможно, его можно только поддержать в его одиночестве. Но сделать это можно так, чтобы он почувствовал, что он не одинок и кто-то еще думает так же, как и он.

Я очень редко смотрю новые фильмы, стараюсь не портить себе вкус. Нет ни одной экранизации, которая мне бы понравилась. Если ты уже прочел книгу, то ее экранизация может попросту начать раздражать тебя, потому что во время чтения ты по-другому себе все представляешь. Мой папа как-то сказал, что Бондарчук неправильно снял «Войну и мир». Говорит, у него князь Болконский ходит, как лакей.

У нас с французами культурный вкус одинаковый. Мы выросли на французских романах, живописи, кинематографе, на Вольтере, Мопассане — они такие же, как мы. Но даже когда я поехал во Францию, все равно я снимал грузинские фильмы, но это их не раздражало. Французы думали, что я как-то по-особому увижу их страну, но я ничего не видел, а просто знал ее, и то, что приводило меня в восторг у себя на родине, я просто перенес туда. То, что вызывало возмущение — тоже.

Все кончается плохо на этом свете, все. Просто тебе остается прожить эту жизнь достойно, больше ничего. Единственное, что от нас останется, это дурной камень. Верующие люди верят в тот свет, для утешения это неплохо.

 

ИсточникиПравить

Эта статья содержит материалы из статьи «Все кончается плохо на этом свете, просто тебе остается прожить эту жизнь достойно», опубликованной PanARMENIAN.Net и распространяющейся на условиях лицензии Creative Commons Attribution 3.0 Unported (CC-BY 3.0 Unported).
Эта статья загружена автоматически ботом NewsBots в архив и ещё не проверялась редакторами Викиновостей.
Любой участник может оформить статью: добавить иллюстрации, викифицировать, заполнить шаблоны и добавить категории.
Любой редактор может снять этот шаблон после оформления и проверки.
 

Комментарии:Все кончается плохо на этом свете, просто тебе остается прожить эту жизнь достойно