Президент Армении — о причинах и необходимости конституционных реформ

3 декабря 2015 года

Wikinews-logo-ru.svg

Президент Армении Серж Саргсян «видит угрозу в некоторых регулированиях, отраженных в действующей Конституции, и считает своим долгом заявить об этих угрозах. Об этом он заявил в интервью армянским телеканалам.

Комментируя вопрос, почему именно на данном этапе были инициированы конституционные реформы и был ли политический заказ для проведения конституционных реформ, Саргсян отметил: «В первую очередь хотел бы ответить на вопрос о том, почему именно сейчас. А если бы мы это сделали год назад или год спустя, этот вопрос не звучал бы? Это, во-первых. Во-вторых, хочу понять, что означает общественный заказ, и как рассчитывается этот общественный заказ? Если кому-то кажется, что в 1995 году или в 2005 году народ вышел на улицы и требовал Конституции, то можете сказать, что я неправ. Общественный заказ, по моему мнению, проявляется посредством политических сил. А самые крупные наши политические силы: «Процветающая Армения», «Наследие», АРФ «Дашнакцутюн», постоянно требовали этого. Если не было политического заказа, почему они говорили об этом, если помните, после президентских выборов. Я пошел навстречу так называемых требований лидера «Наследия» и предложил ему создать комиссию по конституционным реформам, возглавить ее и предложить конституционные реформы. Если бы не было этого требования, зачем мне было делать подобное предложение.

Почему сейчас? Вне зависимости от того, когда бы мы это сделали, данный вопрос обязательно прозвучал бы, поскольку мир меняется быстро, поскольку геополитическая ситуация сегодня иная, потому что внутриполитические настроения сегодня также отличаются от прежних, я вижу опасность в некоторых конституционных регулированиях и считаю своим долгом заявить об этих угрозах. Я не могу спокойно и тихо сидеть на месте, если вижу эти угрозы, только потому, что некоторые люди говорят, что сейчас не то время и нет общественного заказа. Это всего лишь предложение, и 6 декабря мы увидим, если нашему народу нужны эти изменения, то пойдем по этому пути. Нашей сверхзадачей является нормальное проведение референдума, его проведение в рамках законности, а не просто проведение реформ. Принятие реформ – это не вопрос жизни и смерти, и в целом, ни одно голосование не было для меня таковым. Если помните в ходе обоих президентах выборов, я отмечал, что это не вопрос жизни и смерти, и за выборами последуют другие дни. Сейчас та же ситуация. Но я должен сказать об угрозах, как президент, как человек, почти половина жизни которого прошла на службе в органах по обеспечению безопасности. Я обязан», передает Armenia Today.

Отвечая на вопрос о том, не является ли риском предусмотренное поправками отсутствие Верховного главнокомандующего в мирное время, президент Армении сказал: «В первую очередь отмечу, что Верховный главнокомандующий – это коллегиальный орган, коллективный орган. Несомненно, агитаторы штаба «Нет», в зависимости от аудитории, говорят шаблонами, которые, может быть, приятны для ушей простых граждан».

«И конечно, когда они идут в приграничные районы и говорят, что в мирное время страна останется без Верховного главнокомандующего, люди, возможно возмущаются. Но заявляю со всей ответственностью, что в парламентской форме правления, то есть в предлагаемой системе, отсутствие Верховного главнокомандующего является результатом длительных обсуждений и сознательного подхода.

Смотрите, если реформы пройдут, вся исполнительная власть будет сосредоточена в парламенте, вся, и в этом случае наделение премьер-министра полномочиями Верховного главнокомандующего также несет в себе большие угрозы для мирного времени. Почему? Потому что когда говоришь Верховный главнокомандующий, то представляешь безусловный подход к использованию военной силы с его стороны. А в мирное время, где могут быть использованы войска? Не хочу слишком вдаваться в подробности, но, имея столько полномочий и в придачу нести ответственность за войска, представляет собой большую угрозу.

Например, я или мои предшественники, в качестве Верховного главнокомандующего, в практике, в основном, чем занимаемся? Каждое утро министр обороны докладывает о текущей ситуации и, естественно, получает соответствующие указания. Могут быть дни, когда он докладывает по четыре раза, и это входит в его обязанности. Кроме того, каждую субботу министр обороны в конкретное время приходит и представляет обширный доклад, получая при этом решения вопросов, связанных с боеспособностью ВС, безопасностью, кадровой политикой и другими вопросами. Совместно с президентом действует Военный департамент, который постоянно проводит плановые или внеочередные проверки войск, с целью выявления уровня их боевой готовности. Может ли эта структура быть близка к правительству? Может, почему нет.

Кроме того, я, как Верховный главнокомандующий, периодически, в течение года по разным поводам, несколько раз бываю в военных частях, общаюсь с командным составом, солдатами, чувствую морально-психологическую атмосферу. Какие из этих полномочий не сможет выполнить премьер-министр в мирное время? Министр обороны является членом правительства, то есть министр обороны может заявить, что не будет докладывать каждое утро? Значит, в следующую же секунду его не будет в правительстве.

Повторюсь, Верховный главнокомандующий нужен для того, чтобы обеспечить боевую готовность войск в мирное время, а в военное время мобилизовать все ресурсы для выполнения поставленной боевой задачи. И если все ресурсы находятся под контролем правительства, кто может эффективнее руководить этим процессом, человек, который должен координировать деятельность государственных органов, или человек, который должен руководить деятельностью государственных органов? Я считаю, что именно по этой причине, чтобы право и ответственность были в одном месте, мы проводим реформы. Я говорю откровенно, если бы в нашей стране действовала чистая президентская форма правления, может я и не пошел бы на эти реформы, может быть не пошел, поскольку парламентская форма правления имеет свои преимущества, президентская же - свои. И, например, в условиях военных действий президентская форма нормальна и не несет в себе никаких угроз, но нельзя сказать, что в тех же условиях парламентская форма правления будет нежизнеспособной. Полупрезидентская форма правления нежизнеспособна. В Израиле действует парламентская форма правления, то есть в Израиле парламентское правление. У Израиля нет угроз? Приведу другой пример. Что думаете, в Карабахе во время военных действий, какая форма правления была? Конечно же парламентская. Во время военных действий премьер-министр становится Верховным главнокомандующим при одобрении парламента и может быть более смелым в принятии решений, более уверенным. В рамках парламентской формы правления предполагается, что априори, премьер-министр одобрен большинством парламента, а априори не предполагается, что президент имеет большинство в НС».

Серж Саргсян заявил также, что не отказывается от своих слов, что не намерен занимать в будущем должности президента, премьера или спикера.

«Нет. Я от своих, не скажу, что никогда не отказывался, но в основном, будь то в быту, или политике, не отказывался. Я просто не хочу, это хорошее дело (конституционные реформы), принципиальное дело смешивать с другими вопросами. В этом моя цель. Я не отказываюсь от чего либо.

Когда в вовремя выборов мы говорили о надежной Армении, многие относились к этому с иронией, но я решительно заявил, что мы постепенно к этому придем. Сейчас многие могут сказать, и это надежная Армения? Каждый день совершаются преступления, а в надежной Армении не должно быть преступлений. Но когда международные структуры причисляют Армению к десятке самых безопасных стран, теперь вы убеждены, что я тогда верил, что иду по правильному пути. Или вновь Серж Саргсян дал взятки международным структурам таким как Венецианская комиссия, БДИПЧ ОБСЕ, которая оценивает каждые выборы лучше предыдущих? То есть мы всем даем взятки? Начиная от ООН заканчивая Всемирным банком?

Я выполняю свои обещания. Возможно иногда раньше, иногда позже. Когда я в парламенте говорил о том что строительство ж/д Иран-Армения и дороги Север-юг имеет для нас жизненно важное значение, не прошло и трех месяцев все начали критиковать. Но сейчас, когда нашлись огромные суммы, и Север-юг строится, никто не говорит, что это было сказано и сделано. То, что говорится, делается. Просто, иногда когда сказанное не понимают или искажают, говоривший не несет за это ответственности. Я обещаю Араму Абрамян редактор «Аравот», задавший вопрос – ред), что после выборов подробно расскажу о своих программах».

Глава армянского государства также отметил, что в действующей Конституции есть дисбаланс права и ответственности.

«Во второй главе Конституции, где закреплен статус президента, его полномочия и функции, есть ст. 49, в которой, в частности, отмечается, что президент является главой государства. «Президент республики следит за соблюдением Конституции, обеспечивает естественную деятельность законодательной, исполнительной и судебной власти». И следующий абзац: «Президент Республики является гарантом независимости, Территориальной целостности и безопасности Республики Армения». Теперь вернемся к той статье, в которой закреплены полномочия президента республики. Это ст.55, в п.12 ст.55 отмечено: «Президент Республики является верховным главнокомандующим вооруженных сил, координирует деятельность государственных органов в сфере безопасности». Обратите внимание – координирует, а не руководит. Скажите пожалуйста, как может президент, координируя гарантировать безопасность? Я хотел бы привести один конкретный пример и на этом примере показать ту опасность, которая может нам угрожать, а сейчас ситуация такова, что вероятность этой угрозы чрезвычайно велика.

На мгновение представим, что на парламентских выборах 2012 года победу одержала сила, программные положения которой, по моему глубокому убеждению, противоречат нашим государственным интересам. Что должна делать эта сила, после одержания победы на выборах? Должна назначить премьером своего лидера или человека, которому доверяет. Согласно Конституции резидент республики назначает премьером человека, пользующегося доверием большинства в парламенте. Я не смог бы не назначить его, я был бы обязан его назначить. Предположим, я назначил этого человека, было сформировано правительство. Я уже не говорю о качестве правительства, поскольку речь идет о силе, из-за которой может возникнуть кризис, если я не соглашусь, к примеру, с кандидатурой на пост министра обороны. Представим, что я согласился. Что должно делать это правительство? Оно должно реализовывать свои программные положения. Это очевидно, не так ли?

Теперь, давайте представим, что этой силой является то же «Наследие». Что говорит «Наследие»? Говорит, что нужно немедленно признать независимость Нагорного Карабаха. Правительство разработает законопроект и направит его в Национальное Собрание, Национальное Собрание признает независимость НКР, и, согласно нашей Конституции, закон будет направлен на утверждение президента. Я обязан в 21-дневный срок ратифицировать этот закон либо с замечаниями вернуть в Национальное Собрание. Но поскольку они являются большинством, а выборы только завершились и они победили, они преодолеют вето и вновь направят в президентский. И я будут вынужден в 5-дневный срок ратифицировать закон.

Но что означает признание независимости Нагорного Карабаха? Это означает объявить войну Азербайджану, поскольку, если ты официально признаешь независимость НКР, о каких переговорах может идти речь? А альтернативой переговоров является война. Во-вторых, это означает неуважительное отношение к России, Франции и США, поскольку они являются сопредседателями, проводят переговоры. И естественно, что подобное отношение им будет неприятно.

Второе положение, если помните, один из представителей «Наследия» ввел в оборот в Национальном Собрании законопроект, который мы должны были потребовать территории Западной Армении. Что это означает? Это означает объявить войну Турции. Произошел бы тот же процесс. Я ничего не смог бы сделать. Или я должен был бы последовать совету в одном из телеинтервью господина Арама Абрамяна: посредством правоохранительных органов оказать давление на правительство и премьера. Но это неприемлемо.

Если помните, следующим программным положением было сокращение налогов и повышение зарплат и пенсий. А у нас есть деньги? У нас есть деньги в бюджете, который пополняется только и только за счет налогов, огромная часть этих средств идет на обеспечение безопасности, в частности, обороны. И что получается? Ограничить возможности обороны, сократить направляемые на эти нужды средства, при этом объявляя войну Турции и Азербайджану, а на кого ложится ответственность за все это?

То есть Раффи Ованнисян будет объявлять войну Турции и Азербайджану, а обеспечивать безопасность будет Серж Саргсян? Это логично? Нелогично понимаете? В функции Верховного главнокомандующего не входит, сидя у себя в администрации или в минобороны, раскрывать карты и говорить, что первый армейский корпус должен совершить наступление с правой стороны и проч. Для этого у нас есть военные, специалисты, есть Генштаб, и это входит в функции Генштаба. В функции Верховного главнокомандующего входит мобилизация всех ресурсов для решение военно-политической задачи – нейтрализации угрожающей Армении опасности. А если Верховный главнокомандующий лишь координирует, как это должно быть организовано? Да, если правительство, то есть парламентское большинство и президент представляют одну силу, проблем не возникает, поскольку помимо Конституции есть еще и устав партии и партийные рычаги, и этот вопрос решить возможно. И кроме того, если вы представляете одну силу, то у них те же цели и те же программные положения. Но если политические силы разные, то как должен регулироваться этот вопрос, посредством столкновений? То есть с одной стороны мы находимся в условиях войны, с другой – проходят столкновения внутри страны. Это реальная угроза нашей безопасности».

6 декабря в Армении пройдет конституционный референдум. Проект изменений предполагает переход Армении сo смешанной формы правления к парламентской, систему непрямого избрания президента путем внедрения института выборщиков, значительное сужение полномочий президента и большую роль парламента, правительства и премьер-министра, упразднение мажоритарной системы выбора депутатов и полный переход к пропорциональной системе формирования парламента. Наибольшие споры вызывает пункт, предполагающий обязательное формирование большинства одной из политических сил в результате парламентских выборов и проведение второго тура в случае отсутствия большинства. Представленные в парламенте партии «Наследие», «Оринац Еркир» и Армянский Национальный Конгресс выступили против реформы, правящая Республиканская партия, а также АРФ «Дашнакцутюн», партия «Процветающая Армения» - за изменения, ряд сил, в том числе – партия «Гражданский Договор» оппозиционного депутата Никола Пашиняна заявили о неучастии в процессе обсуждения и реформы конституции.

Общее число участников предстоящего референдума по конституционным реформам за 10 дней до проведения референдума составило 2.551.682 человека.

 

ИсточникиПравить

Эта статья содержит материалы из статьи «Президент Армении - о причинах и необходимости конституционных реформ», опубликованной PanARMENIAN.Net и распространяющейся на условиях лицензии Creative Commons Attribution 3.0 Unported (CC-BY 3.0 Unported).
Эта статья загружена автоматически ботом NewsBots в архив и ещё не проверялась редакторами Викиновостей.
Любой участник может оформить статью: добавить иллюстрации, викифицировать, заполнить шаблоны и добавить категории.
Любой редактор может снять этот шаблон после оформления и проверки.
 

Комментарии:Президент Армении — о причинах и необходимости конституционных реформ