Открыть главное меню

3 декабря 2012

Другие новости культуры
DaVinci MonaLisa1b.jpg
Также посетите портал «Культура»

«В СССР секса не было? Извините! Секс в СССР, конечно же, был! Именно секс, а не просто „половая жизнь“ или „репродуктивное поведение“, как утверждают отдельные советологи. Но советский секс осознал сам себя довольно поздно. На вершине — и на излете — советского режима. На пике застоя» — заявил на страницах «Частного корреспондента» Денис Драгунский.

1. Предисловие

В 1978 году на экраны вышел фильм «Странная женщина». Про любовь юноши к зрелой даме и её ответное сложное чувство. То есть на тему секса (а не возвышенной любви, или семьи и брака).

Но мало того. В рецензии на этот фильм газета «Комсомольская правда» отметила, что в СССР каждый третий брак — распадается.

Это буквально назавтра перепечатала вся мировая пресса.

Потому что цифра эта была едва ли первым за десятки лет официальным (в советской официальной прессе опубликованным) указанием на количество разводов в СССР.

А раз есть огромное количество разводов, значит — есть некий специфический момент человеческих переживаний, который не укладывается в узкие рамки понятия «половая жизнь» и «деторождение». Есть секс как отдельная — осмысленная в своей отдельности! — ценность.

За год до того — в 1977-м — вышел научный труд «Общая сексопатология» под редакцией Георгия Степановича Васильченко.

Раз есть патология чего-то, значит, есть и это самое… Кстати, монография была очень тонкая и подробная. Нюансы сексуальных переживаний были описаны весьма тщательно; клинические случаи звучали, как целые рассказы, а то и повести.

Я уж не говорю о бесконечных машинописных «восточных» или «западных» пособиях по технике секса, а также о книгах Нойберта и Имелинского. То есть секс в СССР был, разумеется.

Но говорить о «советском сексе» в целом — это, на мой взгляд, недопустимо сильное обобщение.

В составе СССР были мусульманские республики и регионы, было Закавказье, были автономии северных народов. Там была своя традиционная сексуальная культура. Как и в республиках Советской Прибалтики (хотя, судя по некоторым полевым наблюдениям и по художественной литературе, тамошний городской секс не слишком отличался от русского).

Своя специфика была и на селе, в отличие от города.

Не говоря уже о том, что в 1920 — 30-е годы, а также в первые послевоенные и в 1950-е годы тоже всё было не совсем так (или даже совсем не так), как в период с середины 1960-х по конец 1980-х годов.

Поэтому правильнее будет говорить о русском городском сексе конца советской эпохи. Примечание: к русскому в данном случае мы относим все сильно ассимилированные этносы, ибо в городе Москве невозможно было выделить украинскую, белорусскую, еврейскую, мордовскую, литовскую и т. п. сексуальные культуры — в отличие, скажем, от азербайджанской.

Но была ли у русского городского секса 1970-х какая-то советская специфика? Наверное, да.

2. Доступность

Русский городской секс 1970-х был

a) легко доступен;

b) весьма недорог.

Прошу читателей извинить меня, но я не буду останавливаться на возражениях типа «а вот я…, а вот мы… а вот в нашем кругу». Я никогда не ступал на палубу авианосца, и никогда не имел возможности созерцать 1 млрд. 340 млн китайцев — однако не говорю «а вот у нас в пруду» или «а вот в нашем районе».

Кроме того, «легко доступный» не означает «общеобязательный». В СССР курево было более чем доступно — но курили далеко не все; были и борцы с курением.

Возможно, в доступности и дешевизне секса 1970-х и было его специфически советское содержание. Что-то вроде пресловутого «равенства в бедности» или столь же пресловутого «батона за 13».

Опыт полевых исследований заставляет утверждать, что поиск или смена сексуального партнера вне или помимо брака в 1970-е годы ни в коем случае не являлся проблемой (ни для заинтересованных мужчин, ни для заинтересованных женщин). Также это не являлось свойством какой-то хорошо отграниченной социальной группы (напр., богемы или нищих-пьющих маргиналов).

Не буду утомлять читателя попытками типологии советских добрачных и внебрачных связей: служебных серьезных романов и легких приключений; адюльтеров, двоеженств и двоемужеств; студенческих, ПТУшных, фабрично-общежитских, а также стройотрядовских, «картошечных» и иных развлечений.

Не буду также загромождать изложение попытками классификации инфраструктурного и институционального сопровождения советского секса. Другими словами, не буду описывать многочисленные «где» (от спальни до лестничной клетки) и «под каким идейным флером» (от признаний в любви до «мы взрослые люди! кому от этого хуже?») все это свершалось.

Впрочем, возможно, позже я вернусь к этим занимательным материям.

Но меня в данном случае интересует не столько доступность советского секса, сколько его чрезвычайная дешевизна.

Ухаживания не стоили ровным счетом ничего, ни копейки. Можно было не платить за кино и мороженое, не дарить букетиков, конфет и книжек, и уж конечно, не водить в кафе (поход в кафе — вообще безумная роскошь и, вместе с тем, головная боль: кафе было мало, у дверей стояли очереди). Можно было, разумеется, делать все это — платить, дарить и водить — но это в общем случае не ускоряло процесса.

Презрение по отношению к тем, которые «дают за ужин» было весьма сильным. Главным сексуальным трендом было бескорыстие; подчеркивалось чисто советское различие между блядью и проституткой (в царской России это были синонимы). «Проститутка — это профессия, а блядь — это призвание!» — говорили в 1970-е годы отдельные лихие красавицы.

Но кстати о проститутках.

Цены на проституток (речь, разумеется, идет о низшем стандартном ценовом сегменте, поскольку верхнего предела тут в принципе нет) в советское время были весьма умеренные, не сказать, низкие. Цена от 3-х до 5-ти рублей считалась нормальной и в пригороде, и в районе метро «Проспект Мира».

Меж тем как сейчас сопоставимая цена составляет 2.000 рублей

Это и по отношению к средней заработной плате, и по паритету покупательной способности — примерно в три-четыре раза дороже, чем было в СССР.

Чем объясняется такая дешевизна?

3. Тело и издержки

Почему русский городской секс был столь недорог в денежном выражении?

Можно ответить, что всему виной некая общая номинальная дешевизна советской жизни. Или что все дело в духовности и бескорыстии. Наверное, и в том, и в другом есть доля истины.

Однако мне представляется, что экономический момент (дешевизна) должен иметь экономическую же причину (низкие издержки).

В последние годы я не раз встречал однотипные, в общем-то, жалобы молодых женщин. Дескать, молодой человек не принес ни конфет, ни букета, ни в кафе не пригласил, не говоря уже о каком-то более серьезном подарке. И с ним пришлось расстаться. «Не в вещах и не в деньгах дело, дело в справедливости!» Оно и верно: подготовка к свиданию может влететь девушке в серьезную сумму: парикмахерская, солярий, эпиляция. А также другие значительные вклады: косметика и духи, красивое белье.

Издержки должны быть так или иначе покрыты. Ничего подобного в 1970-е годы не было.

Одна пожилая писательница рассказывала: «В наше время (то есть в 1930-е гг) бедная девушка перед свиданием мыла голову — вот и вся косметика».

Разумеется, в 1970-е годы у бедной девушки была и помада, и тушь для ресниц, и тени для век, и духи, и дезодорант, и даже иногда какой-никакой крем для рук.

Но, тем не менее, подготовка тела к сексу стоила очень дешево. Можно сказать, практически ничего не стоила. Ведь душились и подкрашивали глаза так и так, независимо от сексуальных планов на вечер. Но не было ни фитнес-центров, ни соляриев, ни эпиляций, ни пилинга, ни антицеллюлитных процедур. Спектр парикмахерских услуг был куда скромнее, к косметичкам ходили немолодые дамочки, маникюр почти все делали себе сами (и никакого наращивания ногтей!), а педикюр — даже самостоятельный — был не очень-то распространен. Красивое белье было отдельной проблемой — почти неразрешимой и оттого неактуальной.

Вернее будет сказать так: в 1970-е тело к сексу вообще не готовили. И мыли его сравнительно редко.

Несмотря на то, что под руководством партии и правительства неуклонно росло число квартир с горячим водоснабжением, трудящиеся еще многие годы сохраняли привычку к еженедельной помывке. В детстве я жил в коммуналке — там была ванная с горячей водой, но все жильцы в субботу выстраивались в очередь… Помню, мы жили уже в отдельной квартире, и к нам пришел один наш родственник. А я как раз закрылся в ванной, собираясь искупаться. Я услышал, как он спросил маму: «А Денис где?» Она ответила: «В ванной, моется». Он изумился: «А почему он моется во вторник?» Только не подумайте, что я был чистюлей — во вторник я мылся, скорее всего, потому, что пропустил субботнюю помывку, и стало уже совсем невмоготу…

Более того. В тогдашних книгах по домоводству было написано, что душ нельзя принимать чаще одного раза в неделю: возбуждает нервную систему.

Поэтому само тело и его ближайшее покрытие выглядело не очень-то — у женщин и у мужчин. Ноги были волосатые, подмышки чаще всего — тоже (бритье подмышек, ног, а тем более сами знаете чего — считалось признаками проститутки или гомосексуала). Пятки были пошорхлые, ногти на ногах неухоженные, бывало и с темной каемкой… Носки (чулки) застиранные и зашитые-заштопанные, белье тоже заношенное и, страшно сказать, не самое свежее. То есть оно могло оказаться свежим — если, скажем, секс состоялся после банного дня. А могло и нет. Вчерашние, позавчерашние и третьего дня трусики и майки (бюстгальтеры) и даже носки (чулки-колготки) были, увы, в порядке вещей.

Высокие издержки требуют компенсации. Низкие — не требуют. «Кажись, это ясно» © А. С. Пушкин.

Но был в ту пору секс неким социальным активом, ресурсом?

4. Обмены

Итак, вопрос.

Являлся ли русский городской секс 1970-х неким социальным или материальным ресурсом? Неким более или менее ликвидным активом?

Иными словами — можно ли было в те времена получить нечто существенное в обмен на cекс?

Чтоб не мучить читателя, отвечу сразу: нет, в СССР в 1970-х секс не был таким активом.

Хотя, разумеется, было немало случаев, когда женщина (мужчина) получал(а) что-то реальное (деньги или общественное положение) в обмен на секс. Слово «нет» не означает «абсолютно нигде и совсем никогда». Слово «нет» означает, что данное явление не было сколько-нибудь широко распространено, что его было значительно, явственно (в разы? на порядки?) меньше, чем сейчас.

Отчасти это было вызвано советским социальным контекстом. Деньги не были универсальным экономическим инструментом; наделить любовницу/любовника высоким социальным статусом (который в свою очередь дает доступ к деньгам) — было весьма затруднительно. Разве что на уровне «завмаг — завсекцией» или «главреж — актриса». Ещё раз подчеркну, что такие случаи — в том числе весьма яркие — были, конечно же. Но не они определяли облик советского секса.

Могут возразить — а как же бесчисленные и совершенно реальные истории о самых разных начальниках, которые одинаков принуждали женщин к сожительству и, бывало, устраивали себе целые гаремы; о преподавателях, которые принимали экзамены «через койку» и т. д. и т. п.? Как же проституция, наконец?

Отвечу.

Мы и сейчас живем в очень маскулинном, патриархальном обществе. В советскую эпоху, несмотря на титанические (я серьезно говорю) и во многом успешные усилия советской власти в области равноправия женщин — общество было, мне кажется, еще более патриархально. Во всяком случае, не менее, чем сейчас.

Поэтому принуждение к сожительству в девяти десятых случаев отнюдь не было свободным обменом активами: она ему секс, он ей прибавку к зарплате. Увы, нет! Это было, коротко говоря, так: она ему секс, а он ее за это не уволит (поставит зачет и т. п.). То есть это было вполне разбойничье использование своих ресурсов с целью присвоения чужих.

Причем речь шла не о «сладеньком» как таковом. Речь в 90 % случаев шла об удовлетворении желания доминировать, начальствовать, ощущать себя владыкой, хозяином. Ощущать свою маскулинность, «мачизм» (хотя тогда слова такого, кажется, ещё не было). Для сравнительно редких советско-служебных Мессалин и Клеопатр — примерно то же самое.

Кстати, проституция удовлетворяет те же самые желания, плюс желание унизить, причинить моральную (а иногда и физическую) боль; самоутвердиться; отомстить за какие-то прошлые сексуальные неудачи. Смешно звучат слова «мужчина идет к проститутке за половой разрядкой» — особенно наивно это утверждать в советском контексте бесплатного секса, сдобренного демографическим дефицитом мужчин.

Строго говоря, именно проституция и была той областью, где секс был ликвидным активом. Но в советское время проституция занимала куда более скромный социальный и культурный сегмент, чем сейчас.

Так что, повторяю, в 1970-е годы секс не был социальным ресурсом (или ликвидным активом). Советский секс в подавляющем большинстве случаев был простодушен и безогляден (в добровольных случаях), или столь же простодушно насильствен (в случаях «начальник — подчиненная»).

Причины тому — помимо всего прочего — ещё и чисто экономические. То, что не является объектом инвестиций, не может являться предметом (или инструментом) обменов. А в предыдущей части мы выяснили, что в СССР секс, как правило, не являлся объектом существенных материальных вкладов и затрат.


ИсточникиПравить

  В этой статье использованы материалы » интернет-издания «Частный Корреспондент»,
распространяющиеся по лицензии CC-BY-3.0 Оригинал статьиИнформация о проекте