Борис Евсеев и Игорь Волгин – победители Второго всероссийского литературного конкурса «Золотое звено»

24 декабря 2020 года

Wikinews-logo-ru.svg

Подведены итоги второго конкурса «Золотое звено», который проводит «Литгазета» при поддержке ОАО «РЖД», сообщает «ЛГ». Конкурс продолжался с марта 2020 года и охватил весь период пандемии.

Напомним, по условиям конкурса необходимо было написать литературное произведение о железной дороге, продолжая традиции русской классики в поэзии или в прозе. В этом году добавлена была новая конкурсная номинация — «Творчество молодых».

Стихи и малая проза конкурсантов были опубликованы на сайте lgz.ru. Произведения финалистов конкурса собраны в сборник, который на днях вышел в свет.

По сегодняшним данным издания, в конкурсе определено пять лауреатов. В их числе: поэт и литературовед Игорь Волгин со стихами; поэт Андрей Шацков также со стихотворением; писатель  Борис Евсеев с рассказом «Сокрушитель призраков». В номинации «Творчество молодых» отмечены поэт Зарина Бикмуллина и прозаик Арина Гамалиенко.

ИсточникиПравить

Эта статья содержит материалы из статьи «Борис Евсеев и Игорь Волгин – победители Второго всероссийского литературного конкурса "Золотое звено"», автор: Ревизор.ru, опубликованной Ревизор.ру и распространяющейся на условиях лицензии Creative Commons Attribution 4.0 International (CC BY 4.0) — указание автора, оригинальный источник и лицензию.
Эта статья загружена автоматически ботом NewsBots и ещё не проверялась редакторами Викиновостей.
Любой участник может оформить статью: добавить иллюстрации, викифицировать, заполнить шаблоны и добавить категории.
Любой редактор может снять этот шаблон после оформления и проверки.

Комментарии

Викиновости и Wikimedia Foundation не несут ответственности за любые материалы и точки зрения, находящиеся на странице и в разделе комментариев.

Участвовал я в этом конкурсе. Его организатор «Литературная газета», по сути, давно перестала быть литературной. Награждает лишь то, что редактору показалось достойным. Не так давно, например, присудили первое место Владимиру Шемшученко, тексты которого оказались хуже «Железа дороги» ссылка в оригинальной реплике заменена на цитату стихотворения ниже, не попавшего даже в список финалистов.

Железо дороги
Александр Рубис

Железо дороги не гнется нигде,
И весел гудок тепловозный.
И хочется мчаться навстречу судьбе
С идеей, как БАМ, грандиозной.

Составы длиною почти в километр
Вздыхают на станциях гулко.
Поклоны им делает северный кедр
И ветер, кричавший мне жутко.

Зеленым сияет российская даль,
Заботливо лязгают стрелки.
Я дома, однако до боли мне жаль,
Что нету колес «перестрелки».


Вот одно из его стихотворений.

***

Грошовый плацкартный уют.

Вагонных колёс перебранка.

Жара. Изнывает светильник,

приплюснутый к потолку.

На верхнюю полку сосед

с ленивою грацией танка

Поднялся, всхрапнул...

Очень жалко уснувших на левом боку.

Горчит остывающий чай.

Стихают вокруг разговоры.

Дрожит и качается поезд,

вползая по рельсам в зарю.

Бегут за окном огоньки.

Колышутся синие шторы.

Вернусь — эти длинные строчки

любимой жене подарю.

Она их смотает в клубок

и шарфик мне на зиму свяжет,

А может быть, кофточку дочке —

она по ночам плохо спит,

А может быть, тихо вздохнёт

и слово мне доброе скажет...

Скитается взгляд по вагону,

чего ни коснётся — болит!

«Поднялся, всхрапнул». Поднялся, и сразу захрапел. Так не бывает.

«Очень жалко уснувших на левом боку». Непонятно, почему их нужно жалеть. Можно неплохо поспать, на каком угодно, боку.

«Горчит остывающий чай». Чай никогда не бывает горьким, тем более, если он заварен недавно.

«Вернусь — эти длинные строчки любимой жене подарю». Неужели герою больше нечего подарить жене? Строки-то посвящены не ей, а железной дороге.

«Вернусь — эти длинные строчки любимой жене подарю. Она их смотает в клубок и шарфик мне на зиму свяжет». Женщина, не имеющая к поэзии никакого отношения, из дорожного сочинения ничего хорошего не свяжет. Вот если бы автор написал, что он вяжет из длинных строк кофточку для жены, это получилось бы красиво, хотя вязание – занятие не мужское.

«Скитается взгляд по вагону, чего ни коснётся — болит!». Непонятно, что болит, у кого и почему. Взгляд не болит точно – ни в переносном смысле, ни в прямом.

Грошовый плацкартный уют. Вагонных колёс перебранка.
– / – – / – – / – / – – / – – / –
Жара. Изнывает светильник, приплюснутый к потолку.
– / – – / – – / – – / – – – – / Сбой ритма.
На верхнюю полку сосед с ленивою грацией танка
– / – – / – – / – / – – / – – / –
Поднялся, всхрапнул... Очень жалко уснувших на левом боку.
– / – – / / – / – – / – – / – – / Сбой ритма.

Горчит остывающий чай. Стихают вокруг разговоры.
– / – – / – – / – / – – / – – / –
Дрожит и качается поезд, вползая по рельсам в зарю.
– / – – / – – / – – / – – / – – /
Бегут за окном огоньки. Колышутся синие шторы.
– / – – / – – / – / – – / – – / –
Вернусь — эти длинные строчки любимой жене подарю.
– / / – / – – / – – / – – / – – / Сбой ритма.

Она их смотает в клубок и шарфик мне на зиму свяжет,
– / – – / – – / – / – – / / – / – Сбой ритма.
А может быть, кофточку дочке – она по ночам плохо спит,
– / – – / – – / – – / – – / / – – Сбой ритма.
А может быть, тихо вздохнёт и слово мне доброе скажет...
– / – – / – – / – / – – / – – / –
Скитается взгляд по вагону, чего ни коснётся — болит!
– / – – / – – / – – / – – / – – /

Ритм стихотворения нарушен во многих местах, а это лишает его напевности (вертикальная черта – ударная гласная, горизонтальная – безударная).

Теперь о размере.

Грошовый плацкартный уют. Вагонных колёс перебранка. – 17 слогов.
Жара. Изнывает светильник, приплюснутый к потолку. – 16
На верхнюю полку сосед с ленивою грацией танка – 17
Поднялся, всхрапнул...Очень жалко уснувших на левом боку. – 17

Горчит остывающий чай. Стихают вокруг разговоры. – 18 Сбой.
Дрожит и качается поезд, вползая по рельсам в зарю. – 17 Сбой.
Бегут за окном огоньки. Колышутся синие шторы. – 17
Вернусь — эти длинные строчки любимой жене подарю. – 17

Она их смотает в клубок и шарфик мне на зиму свяжет, – 17
А может быть, кофточку дочке – она по ночам плохо спит, – 17 Сбой.
А может быть, тихо вздохнёт и слово мне доброе скажет... – 17
Скитается взгляд по вагону, чего ни коснётся — болит! – 17

Размер первой строфы отличается от размеров остальных катренов, а это, как и ритмические ошибки, не делает его мелодичным.

Кроме того, размер слишком большой, как в прозе. Максимум для поэтической строки – двенадцать слогов.

Пятнадцать ошибок в одном тексте! Я написал об этом в редакцию и предложил найти хотя бы половину этого количества недостатков в «Железе». «Литературная газета» отделалась молчанием. Ответить ее заставило только вмешательство Минкультуры. Да и то, редактор сочинил какую-то чушь, больше похожую на отписку. Ни компенсации, ни даже извинений я не дождался.


Александр Рубис, поэт, прозаик, публицист, частный редактор. 83.149.46.4 11:32, 11 июня 2021 (UTC)